В 1925−26 гг. после массовых публикаций в прессе, направленных против культовых сооружений, над отдельными церквями и часовнями нависла угроза¹. В 1925 г. в связи с проектом расширения здания Промбанка возник вопрос о сносе церкви Космы и Дамиана в Старых Панех, построенной, как тогда предполагалось, в XVI в., и дошедшей к XX в. в переделанном виде, с классицистическим портиком и ордерной обработкой стен².

2 ноября 1925 г. по запросу хозяйственного отдела Промбанка был произведен осмотр церкви Космы и Дамиана в Старых Панех. Осмотр производил заместитель заведующего реставрационного подотдела Музейного отдела Главнауки* Наркомата просвещения Н. Р. Левинсон в присутствии представителей Промбанка П. П. Войтуха, Э. Л. Бартмера и В. М. Соколовского. В протоколе осмотра за № 44/332 от 3 ноября отмечено, что «здание церкви состоит из нескольких разновременных, связанных в одно целое построек; основная часть, расположенная в северо-восточном углу, по своему облику может быть отнесена к концу XVI века, главка на ней имеет характер середины XVIII века; примыкающая по линии улицы трапезная часть относится к более позднему времени, по-видимому, к концу XVII века. Пристройка с южной стороны и колокольня имеют характер конца XVIII века и по указанию местного священника построены в 1801 году. По историческим данным, указанная церковь в своей древней части является наиболее старинной из сохранившихся в Китай-городе»³.

На заседании Архитектурно-реставрационного отдела Центральных Государственных реставрационных мастерских (АРО ЦГРМ) тогда же, когда был составлен этот протокол, 3 ноября 1925 г., было принято решение обратиться к архитектору и реставратору Дмитрию Петровичу Сухову, чтобы он обследовал храм и оценил возможность реставрации его древнейшей части⁴.

5 ноября 1925 г. Сухов осмотрел храм и дал заключение о его ценности как памятника архитектуры. При осмотре на чердаке трапезной северного Успенского придела были обнаружены архитектурные детали XVII в.: карнизы, кокошники, парные полуколонки на углах четверика⁵.

6 ноября 1925 г. Промбанк подал заявление в Музейный отдел Главнауки с просьбой дать заключение о сносе церкви Космы и Дамиана для строительства на ее месте здания для нужд банка⁶. На заседании АРО ЦГРМ 10 ноября 1925 г., проходившего под председательством Игоря Эммануиловича Грабаря, основную часть здания церкви признали подлежащей охране. В случае ее частичного сноса Промбанку было поставлено условие «предоставить средства для реставрации сохраняемой древней части здания», а «все работы по разборке и восстановлению здания должны быть согласованы с Музейным отделом Главнауки»⁷.

13 ноября 1925 г. в ответ на заявление Промбанка Главнаука отправила письмо в Торгово-промышленный банк СССР. В письме было указано, что в «означенной церкви подлежит охране входящая в общий комплекс здания древняя постройка конца XVI в.» (северный придел). Колокольня и трапезная может быть сломана, но «с оставлением разрыва между сохраняемой частью и новой постройкой не менее 2*-х сажень». При этом Промбанком «должны быть предоставлены средства для реставрации сохраняемой древней части здания по указаниям Музейного отдела Главнауки, согласно имеющим быть выработанным проектом. Предварительный план застройки также должен быть согласован с Музейным отделом Главнауки, равно как и весь порядок работ по разборке и восстановлению церковного здания»⁸.

Было решено произвести одну из первых научных реставраций храмового здания⁹. 17 ноября 1925 г. Д. П. Сухов на заседании Архитектурно-реставрационного отдела ЦГРМ сообщил, что «вопрос о реставрации основной части здания церкви Козьмы и Демьяна обсужден и Промбанк, в принципе, согласен на реставрацию здания»¹⁰. Смета на проект переустройства и реставрации, представленная Д. П. Суховым 1 декабря 1925 г., составила 11 592 рубля 95 копеек¹¹. Указывалось, что в проекте должна быть предусмотрена перекладка части кирпичного свода церкви, «в согласии с указанием участкового архитектора З.И. Иванова»¹².

4 апреля 1926 г. в АРО ЦГРМ поступила телефонограмма. Правление Промбанка просило разработать проект разборки пристроек и реставрации древней части церкви. Д. П. Сухову было поручено произвести обследование с последующей разработкой проекта¹³. 7 июня 1926 г. последовало разрешение Губинженера* на слом и реставрацию церкви¹⁴. 30 июня 1926 г. место предполагаемых работ было решено оградить забором¹⁵.

Облик храма вначале виделся Д.П. Сухову одноглавым с двумя рядами кокошников и с маленькими кокошниками в основании глухого барабана¹⁶.

Сохранился рисунок Сухова — реконструкция первоначального облика церкви в окружении деревянных теремов, с открытым, широким первым планом¹⁷.

За ходом реставрационных работ внимательно следила ученая комиссия «Старая Москва». 28 июня 1926 г. на ее заседании было принято решение «назначить осмотр церкви Космы и Дамиана в Старых Панех на среду 30 июня в 4 ½ час дня»¹⁸. Позднее, на заседании 12 августа 1926 г., председатель «Старой Москвы» московский краевед Петр Николаевич Миллер сообщил, что «церковь Космы и Дамиана в Панех разбирают»¹⁹. В августе 1926 г. вместе с колокольней и частью трапезной придела Космы и Дамиана была снесена и часть трапезной Успенского придела²⁰. Также при расширении шестиэтажного корпуса Торгово-промышленного банка СССР было снесено здание одного из церковных домов, располагавшееся рядом с колокольней²¹.

9 августа 1926 г. приходская община храма обратилась в АРО ЦГРМ с просьбой устроить звонницу в южной части церкви. К этому времени прежняя колокольня уже была разобрана. АРО ЦГРМ согласился, но предложил общине самостоятельно найти средства на ее постройку.

17 августа 1926 г. на заседании АРО ЦГРМ Д. П. Сухов сообщил, что в процессе обследования древних частей церкви были обнаружены вполне ясные следы карниза, остатки кокошников, наличники окон и угловых колонн, допускающих восстановление их прежнего вида²².

При открытии кокошников обнаружилось, что они сложены вместе со стеной между ними. Обследование окон северной стороны «дало полную форму их первоначального вида». На западной стене сохранились угловые колонки, а промежуточные или уцелели, или оставили четкие следы в кладке. Найдены были следы профилей наличников, необходимые для реконструкции их рисунка.²³

20 августа 1926 г. Музейный отдел Главнауки Наркомата просвещения просил Административный отдел Моссовета в связи с частичной разборкой церкви Космы и Дамиана временно исключить северную часть здания из ведения церковной общины и этим освободить приход от необходимости уплаты сборов за использование здания церкви²⁴.

21 сентября 1926 г. Д. П. Сухов на заседании АРО ЦГРМ указал на необходимость отделения западной стены церкви от владений Промбанка временной деревянной перегородкой, до устройства Промбанком на ее месте каменной стены. 17 октября 1926 г. в юго-западном углу церкви были обнаружены новые трещины по причине чрезмерного обнажения фундамента при рытье котлована для возводимой Промбанком новой постройки²⁵.

9 ноября 1926 г. И. Э. Грабарь на заседании АРО ЦГРМ сообщил о произведенном им осмотре на месте работ. По его мнению, «в реставрированном виде здание Космо-Дамиановской церкви представляет вполне определенный этап в последовательности развития древнерусской архитектуры, … восстановление этого памятника надо рассматривать как крупное событие в области реставрации»²⁶.

При разборке пола алтаря выяснилось, что алтарь был раньше двухабсидный, а не прямой²⁷. Д. П. Сухов тогда же, в ноябре 1926 г. отметил, что в «настоящее время он переходит к работе по реставрации порталов северной и западной сторон. Материалом для восстановления порталов служат сохранившиеся частично низы правой и левой колонн и намечающаяся вверху полуциркульная арка. … сравнительным материалом для разработки проекта восстановления послужили аналогичные порталы некоторых московских церквей этого времени, как например, церкви св. Владимира в Старых Садех. При восстановлении портала древний сохранившийся кирпич с утраченными деталями не будет выниматься из кладки, но утраченные части… будут дополнены». Орнаментированные кирпичи предполагалось вытесать зимой, а основные работы отложить до будущей весны²⁸.

В 1927 г. при разборке окна на месте северного входа в закладке обнаружился след портала во всех его деталях, что дало возможность сделать его полную реставрацию, а западный восстановить по аналогии²⁹. Был удален фронтон, пристроенный в XIX в., и восстановлен древний вход³⁰.

В феврале 1927 г. Д. П. Сухов отмечал, что «в минувшем году» началась травля реставрационных мастерских в прессе и в Моссовете. Речь шла о том, куда и на что идут государственные средства. «Сильно трепали нервы, и лишь успех по восстановлению прекрасных древних форм памятника окрылял в борьбе»³¹.

В марте 1927 г. планировочная комиссия Моссовета через газету «Рабочая Москва» предложила снести в Китай-городе шесть церквей: Космы и Дамиана в Старых Панех, свт. Николая («Никола Большой Крест») на Ильинке, св. Ипатия в Ипатьевском переулке, свт. Николая на Москворецкой улице, свт. Николая в Юшковом переулке («Никола Красный звон»). К счастью, тогда атака городских властей на эти храмы была остановлена³².

В 1927 г. Д. П. Сухов изготовил рукописную книжечку под названием «О церкви св. Иоанна Златоуста в старых Панех» (название по приделу, так как на тот момент считалось, что церковь была построена вместе с приделом Иоанна Златоуста  в 1641 г.). Это миниатюрное издание размером 11 на 10 сантиметров включило в себя два отрывка из старинных рукописей, относящихся к строительству храма и написанных стилизованным под древнерусский шрифтом, и четыре рисунка: копия фрагмента одной из карт Москвы XVII в., современный вид церкви, реконструкция ее первоначального облика, а также зарисовка найденного во время работ захоронения — череп с сохранившимся головным убором. Издание в десяти экземплярах было выполнено к докладу Сухова на 400-м заседании Центральных Государственных реставрационных мастерских 22 февраля 1927 г. Один из экземпляров Сухов подарил художнику Аполлинарию Михайловичу Васнецову³³.

14 июля 1927 г. на заседании Ученой Комиссии «Старая Москва» был заслушан доклад церковного историка и москвоведа Николая Петровича Виноградова «В Старых Панех (Китайгородское урочище)», где он назвал датой постройки реставрируемого храма Космы и Дамиана — 1629 г.³⁴

2 августа 1927 г. Д. П. Сухов сообщил на заседании АРО ЦГРМ, что в результате проведенных им исследований чердачного помещения церкви он установил, что на своде полностью сохранились архитектурные детали двух шатров за исключением граней, что является достаточным основанием для восстановления шатров. Ему же и была поручена эта работа³⁵.

К сожалению, Сухов не привёл деталей, и на деле оказалось, что не совсем понятно, что имелось в виду, когда говорилось о неясности формы граней шатра. При реставрации церкви в конце XX в. архитекторы пришли к мысли, что весь верх лоткового свода был переложен в XVIII в. под барочную главку, что исключает существование в 1920-х гг. первоначальных шатров³⁶.

Кроме чертежей фасадов, к проекту реконструкции церкви Д. П. Сухов выполнил также эскизы церкви с элементами пейзажа. Особенно его занимали венчавшие храм шатры, утраченные, как он полагал, в XVIII в. Вид шатров Д. П. Сухову пришлось домысливать. Он рассматривал два варианта — с тремя шатрами, наподобие церкви Рождества Богородицы в Путинках, и с двумя шатрами, схожими с церковью Ильи Пророка на Воронцовом поле. Более близким был признан второй вариант. Храм в процессе реставрации получил редкое для Москвы двухшатровое завершение³⁷.

4 октября 1927 г. Д. П. Сухов сообщил на заседании АРО ЦГРМ, что в процессе реставрации приступили к восстановлению шатров (грань шатра определилась постройкой восьмигранника с установлением высоты по найденной шейке главки)³⁸.

В своих проектах реконструкции Сухов рассматривал разные варианты покраски храма. На одном из чертежей он предстает красным, на другом — зеленым. В конце концов храм был просто побелен, подобно другим памятникам, которые в это время реставрировал Сухов (церкви Рождества Богородицы в Столешниках, св. Параскевы Пятницы в Охотном ряду, Воскресенские ворота). Возможно, посчитали, что храмы-призраки белого цвета будут привлекать к себе меньше внимания³⁹.

3 января 1928 г. Сухов сообщил, что работы по восстановлению внешнего вида церкви Космы и Дамиана закончены. Считая, что «церковь является исключительным памятником историко-художественного значения», Сухов предложил продолжить работы «по выявлению внутренней формы» церкви «с восстановлением древнего иконостаса»⁴⁰.

10 января 1928 г. Д. П. Сухов, отметив, что в церкви сохранилось шесть икон середины XVII в., представил проект восстановления «тяблового* иконостаса…, согласно обнаруженным в стенах гнездам». При устных переговорах с Музейным отделом выяснилось, что можно получить недостающие иконы из Государственного Музейного фонда. АРО ЦГРМ одобрил проект⁴¹.

В конце 1929 г. храм закрыли. 5 ноября 1931 г. на заседании АРО ЦГРМ Сухов сообщил, что здание церкви Космы и Дамиана подверглось искажениям: были разобраны шатры, срублены порталы, пробиты новые окна и дверь. Учитывая, что церковь Космы и Дамиана в Старых Панех является памятником 1-й категории, АРО ЦГРМ постановило считать недопустимым искажение его внешнего облика и передало вопрос для принятия мер к привлечению виновных в Сектор науки⁴². Однако, искажения так и остались без изменений.

По просьбе Главнауки здание церкви Космы и Дамиана передали реставрационным мастерским, которые использовали его как хранилище икон, подлежащих продаже Антиквариатом* за рубеж⁴³.

Дальнейшей истории здания храма будет посвящена отдельная статья.

¹ Козлов В. Ф. На переломе: московская старина в 1925 — 1926 годах // Архитектура и строительство Москвы. № 9. 1990. С. 26.
² Памятники архитектуры в Советском Союзе. Очерки истории архитектурной реставрации. М., 2004. С. 158.
³ ЦГА Москвы. ОХД после 1917 г. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 180. Л. 3.
⁴ ЦГА Москвы. ОХД после 1917 г. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 8. Л. 165.
⁵ ЦГА Москвы. ОХД после 1917 г. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 180. Л. 1, 31.
⁶ ЦГА Москвы. ОХД после 1917 г. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 180. Л. 1.
⁷ ЦГА Москвы. ОХД после 1917 г. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 8. Л. 169 — 169 об.
⁸ ЦГА Москвы. ОХД после 1917 г. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 180. Л. 8.
⁹ Козлов В. Ф. На переломе: московская старина в 1925 — 1926 годах // Архитектура и строительство Москвы. № 9. 1990. С. 26.
¹⁰ ЦГА Москвы. ОХД после 1917 г. Оп. 1. Ф. Р-1. Д. 8. Л. 5.
¹¹ ЦГА Москвы. ОХД после 1917 г. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 180. Л. 10 — 11 об.
¹² Там же. Л. 17.
¹³ ЦГА Москвы. ОХД после 1917 г. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 9. Л. 7.
¹⁴ ЦГА Москвы. ОХД после 1917 г. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 180. Л. 22.
¹⁵ Там же. Л. 33.
¹⁶ Вульфина Л. Б., Дудина Т. А. Москва как место проживания: Дмитрий Петрович Сухов. Архитектор. Реставратор. Художник. М., 2014. С. 141.
¹⁷ Там же. С. 141.
¹⁸ ОР РГБ. Ф. 177. К. 1. Д. 20. Л. 26 об.
¹⁹ ОР РГБ. Ф. 177. К. 7. Д. 18. Л. 50.
²⁰ ЦГА Москвы. ОХНТД. Ф. Т. — 2. Оп. 1. Т. 10. Д. 8993. Л. 67; ОР РГБ. Ф. 177. К. 7. Д. 18. Л. 50.
²¹ Волков А. Н., Лурье Б. Д., Тренин А. Б. Акт государственной историко-культурной экспертизы научно-проектной документации по сохранению объекта культурного наследия федерального значения «Церковь Косьмы и Дамиана в Старых Панах, 1564 г., 1640 г., 1803 г.» по адресу: г. Москва, Старопанский пер., д. 4, стр. 2. М., 2015. С. 8.
²² ЦГА Москвы. ОХД после 1917 г. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 9. Л. 128 об.
²³ ЦГА Москвы. ОХД после 1917 г. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 180. Л. 31- 33.
²⁴ ЦГА Москвы. ОХД после 1917 г. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 180. Л. 21−21 об.
²⁵ ЦГА Москвы. ОХД после 1917 г. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 9. Л. 3, 142 об.
²⁶ Там же. Л. 153 об -154.
²⁷ ЦГА Москвы. ОХД после 1917 г. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 180. Л. 31.
²⁸ ЦГА Москвы. ОХД после 1917 г. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 9. Л. 153 -154 об.
²⁹ Памятники архитектуры в Советском Союзе… С. 160; ЦГА Москвы. ОХД после 1917 г. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 180. Л. 33 об.
³⁰ Реставрационная деятельность Москвы за годы революции // Строительство Москвы. № 10. 1927. С. 34.
³¹ Памятники архитектуры в Советском Союзе… С. 160.
³² Козлов В. Ф. Трагедия Китай-города // Московский журнал. № 2. 1992. С. 18.
³³ Вульфина Л. Б., Дудина Т. А. Указ. соч. С. 142.
³⁴ ОР РГБ. Ф. 177. К. 2. Д. 3. Л. 4 об.
³⁵ ЦГА Москвы. ОХД после 1917 г. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 10. Л. 88.
³⁶ Седов В. В. Непредсказуемые сложности, или от реставрации к стилизации // Проект Классика IV. 2002. С. 110.
³⁷ Вульфина Л. Б., Дудина Т. А. Указ. соч. С. 140−141.
³⁸ ЦГА Москвы. ОХД после 1917 г. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 10. Л. 114.
³⁹ Вульфина Л. Б., Дудина Т. А. Указ. соч. С. 142.
⁴⁰ ЦГА Москвы. ОХД после 1917 г. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 10. Л. 2.
⁴¹ Там же. Л. 6 — 6 об.
⁴² ЦГА Москвы. ОХД после 1917 г. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 14. Л. 133 об.
⁴³ Козлов В. Ф. Трагедия Китай-города // Московский журнал. № 2. 1992. С. 18.